Тень Оруэлла в школьном коридоре — | Новости на uzbfilm

Марина Ярдаева том, что не так с идеей воспитания в российском образовании

С января российские школы планируют усилить вожатыми-воспитателями. Пока только в нескольких регионах и в качестве эксперимента. Говорят, новые специалисты будут помогать классным руководителям. Педагоги уже испугались. Они как никто знают: от чиновников лучшая помощь — это чтоб не мешали. Да и комментарии инициативы изумляют. Новость преподносят как сообщение о триумфальном возвращении функции воспитания в школы.

Простите, а что, эту функцию кто-то в образовании отменял?

Пока в обществе ведется бурная дискуссия о необходимости воспитания в современной школе вообще, в тысячи учебных заведений по всей стране каждый день спускаются десятки идиотских распоряжений, тем для классных часов, рекомендаций по внеклассной работе. То учителям вменяется в обязанность срочно напомнить детям, как правильно Родину любить, то про толерантность школьникам что-нибудь рассказать, то еще что-нибудь морально-нравственное организовать на переменке. И обязательно обо всем подробно отчитаться — папка «Воспитательная работа» не ждет. О том, что учитель должен воспитывать, что миссия у него такая, педагоги слышат на дню по несколько раз. Теперь еще говорят, что воспитывать они обязаны не только детей, но и их родителей. Серьезно! Если кому из предметников повезло быть классным руководителем, то это вообще засада, о предмете можно забыть — к черту теорему Пифагора или суффиксы причастий, надо родителям в чате напоминать про комендантский час, про важность ремней безопасности в автомобиле, про необходимость поздравить бабушек и дедушек с Днем пожилого человека, про экологическую акцию, про черт знает что еще…

И вот выясняется, что к воспитанию школа еще даже не приступала. И вот оказывается, что все веселье еще впереди. Жутко от открывающихся перспектив.

Что это за перспективы такие? Давайте представим. Государство решает направить в школы новых людей. Что-то подсказывает (опыт, что ли), что государство точно не направит людей в школы с пустыми руками. С пустыми головами — запросто, но не с руками же! Новые кадры придут с новыми инструкциями. А для чего в России пишут инструкции? 90% из них сочиняются для того, чтоб потом можно было красиво отчитаться. Сначала нужно будет отчитаться о проведении вебинаров-семинаров-практикумов по изучению инструкций, потом об усовершенствовании инструкций в ходе специальных конференций, о дополнении их каким-нибудь региональным компонентом, например. Дальше нужно будет составить план выполнения инструкций, затем отрапортовать, что в коллективе проведена работа по ознакомлению с планом, потом… В общем, вы поняли. У нас без отчетов и имитации бурной деятельности — ну никак. У нас требуют отчеты даже об уменьшении отчетности.

А уж если на что-то еще и три копейки из бюджета выделяется, то тут вообще с потрохами сожрут. Так, например, уже случилось с новой доплатой за классное руководство. Педагоги не успели еще ничего получить, а их уже загнали в августе-сентябре на новые курсы, после которых обязали пройти очередные дурацкие тестирования. Еще, конечно, нагрузили учителей новыми обязанностями и, как водится, новыми отчетами (усложнили правила ведения классных папок). При этом чиновники имели наглость преподнести это все еще и как методическую помощь. Нет никаких сомнений, «помощь» с вожатыми-воспитателями будет такой же. Очередной формализм и бюрократия!

В деле воспитания никакие дополнительные ресурсы школе не нужны. Воспитание — это пример (да, у самой скулы сводит от этакой банальности). Если педагог знает свое дело, если он уважает учеников и держится с достоинством, если он спокоен и доброжелателен, то, казалось бы, чего еще? Педагог воспитывает через предмет. Есть литература, история, математика, биология, химия, физика — потенциал их влияния на становление личности детей и подростков огромен, неисчерпаем. Ни с какими методичками не сравнить. Физика, например: каждое действие имеет противодействие. Бесподобно же! А литература? Лермонтов, допустим, или Лесков. Каково их читать после деревянного доклада какого-нибудь инспектора по делам несовершеннолетних, прости Господи? Ну ведь хоть провались, честное слово. Стыдно, право. Кого за дураков держат? Всех. И детей, и родителей, и педагогов.

А что смогут предложить вожатые? Хороводы они будут с детьми водить? Смайлики рисовать станут? Каким может быть наполнение их работы?

Это легко предсказать, потому что все это уже есть. Достаточно посмотреть на мероприятия, устраиваемые в рамках всех этих РДШ, ГТО, юнармий, зарниц, волонтерских организаций. Всегда одно и то же. Мир, дружба, жвачка. Возьмемся за руки, друзья. Тянем, потянем. Колобок и репка. Такой вот примерно уровень. Но если опять-таки для отчета, то пойдет же.

Детям, впрочем, иногда даже нравится, весело. Если вместо уроков. Если сняли класс с математики, повезли куда-нибудь на автобусе, подарили потом значки — чем плохо? Помню, спросила однажды учеников, куда их забрали с моей литературы. Оказалось, на траурный митинг, посвященный памяти жертв блокады. Попросила рассказать. Рассказали: «Ну, нам раздали гвоздички, мы на них бились, будто на шпагах. Было прикольно». Кто-то поставил галочку «мероприятие проведено».

На формализм и официоз дети отвечают саботажем — это естественно. Взрослея, впрочем, подстраиваются.

В старших классах нужно думать о поступлении: на счету каждый балл. Баллы — это ЕГЭ, олимпиады, конкурсы, социальная активность и даже, прости господи, ГТО. Конкурсы почти все по одним и тем же направлениям. Патриотизм, здоровье, экология. «Православие, самодержавие, народность» наших дней. ЕГЭ — испытание на конформизм. Сочинение по русскому можно написать по-человечески, а можно по шаблону. По-человечески — это риск, русская рулетка практически. По шаблону — понятный предсказуемый результат.

Недавно попался в сети пост девочки-выпускницы, хвастающей, что она сдала ЕГЭ по русскому на 98 баллов. Особая ее гордость — сочинение. За него девочке дали высшую оценку. Слово «патриотизм» в тексте мне встретилось раз двенадцать. Там предложений-то столько не насчитать. Слог бедный, синтаксис примитивный. Зато ошибок нет, ведь сложно ошибиться в конструкции «Мама мыла раму». Мыслей тоже нет, как и ошибок. Ни мыслей, ни чувств. И никаких, понятно, проклятых вопросов. Просто вот Родину надо любить. И вот, представьте себе, 98 баллов. Родина на «правильную» любовь всегда отвечает с благодарностью.

Сегодня в тренде однозначность и регламентированность. И простота, конечно, та самая, что хуже воровства. Помню, как-то на открытом уроке по «Герою нашего времени» я процитировала Мамардашвили. Говорили о понимании свободы Печориным, ну и к слову пришлось высказывание философа о свободе как о феномене, не содержащем в себе на самом деле никакого выбора. Дети загрузились, разумеется. Но в хорошем смысле. Мозги заскрипели, сердца взбунтовались. Полемика, значит, вопросы, поиск. Вот только методист не оценила. Все спрашивала, зачем это я, что имела в виду да с каким воспитательным смыслом. Все уточняла, не кажется ли мне, что для детей это сложно, не думаю ли я, что посеяла в душах подростков сомнения. То есть вот Лермонтов сомнения не сеет, он же ведь прост, как табуретка, а я вот так, между делом, за две минуты, соблазнила малых сих. Непедагогичненько, конечно, вышло. Невоспитательно.

Грустно от понимания того, с какой меркой подходят к вопросу воспитания в школе. Жутко от того, в какие все это обряжается формулировки. «Воспитательный стандарт», «привитие духовно-нравственной целостности», «гражданственно-патриотическая грамотность» — оторопь берет. Куда мы с этим всем приплывем? Ей-богу, антиутопия какая-то мерещится. Прямо Оруэлл. Хочется проснуться.

Подробнее на: gazeta.ru

Иллюстрация: buklya.com