Нищеты больше нет. Кого Китай победит следующим — | Новости на uzbfilm

Есть ощущение, что в Пекине еще не успели по-настоящему отпраздновать это достижение и сделать из него глобальное событие: в срок выполнена поставленная на 2020 год задача полностью покончить с крайней, абсолютной бедностью.

Однако если агентства сообщают, что из списка нищих уездов на этой неделе вычеркнуты последние девять, — то это оно и есть? Крайняя бедность в Китае побеждена?
На начало года нищих уездов было 832. Последние девять располагались в юго-западной провинции Гуйчжоу. До того в минувшие месяцы крайнюю бедность победили в Синьцзяне, Сычуани и еще нескольких провинциях. Да, это событие мирового значения, оно еще больше укрепит статус Китая, например, в Африке, куда он и без того успешно экспортирует технологии развития самых вроде бы безнадежных регионов. Хотя и без рекордов нынешнего года эксперты — например, доктор Маттиас Холуорт из Продовольственной программы ООН — напоминают в эти дни миру, что на Китай приходится 70 процентов побежденной мировой бедности (более 700 миллионов человек). Да, собственно, эти цифры известны давно, по множеству публикаций и документов, и если бы Пекин добивал бедность еще год-другой, ситуация бы особо не изменилась.

Но когда такие события все-таки происходят, они наводят самых разных людей по всему миру на самые разные мысли. Вот хотя бы публикация в Foreign Affairs, США: это только начало, китайцам еще очень многое предстоит сделать для улучшения жизни миллионов… А кто бы спорил: предстоит. И как не понять грустные чувства американца, ведь не США же поставили рекорд.

Первая из мыслей тут очевидна: это всего-навсего цифра, то есть штука условная, кто-то этот цифровой рубеж придумал, и вот он преодолен. Китайские экономисты вычислили, что крайняя бедность начинается ниже отметки в четыре тысячи юаней в год. Кстати, в тех самых последних уездах в Гуйчжоу средний ежегодный доход вырос до 11 487 юаней, то есть 1740 долларов США. Но кому-то покажется, что и такой доход — это ужас. Главное же, что теперь обязательно начнется борьба уже не с крайней, а просто бедностью. Потому что это тот самый случай, когда цель — ничто, а движение — все.

Самое интересное здесь, конечно, это технологии, часть которых могла сработать только в Китае, а часть — где-то еще. Крайняя нищета в стране сопротивлялась, что видно на карте, в местностях труднодоступных и далеко отстоявших от центров развития (в горах, например). И самым эффективным методом борьбы чаще всего оказывалась прокладка туда дорог.

Еще были импортные технологии типа «рис — рыба», то есть выращивание мальков в воде, которой положено часть года заливать рисовые посадки. Еще — связь, без которой не догадаться, какую продукцию и за сколько можно продать в соседнем городке, если, повторим, дорога туда появилась. Наконец — из серии китайских странностей — кое-где вешали на дом табличку «нищее хозяйство», но означала она, что хозяйство этот самый дом построило на беспроцентный заем, выданный местным офисом по развитию и борьбе с бедностью. Это реклама для обмена опытом: приходят соседи и обсуждают, как эта технология работает… Хотя в каких-то странах больше принято вешать другие таблички, типа «дом образцового содержания», и учить только на хороших примерах, а плохие как бы не замечать.

Борьба с бедностью в Китае шла не только в последние 40 лет (то есть после маоизма), а столетиями. В других странах и цивилизациях происходило то же самое. И человечество за это время успело догадаться, что речь о проблеме, в фундаменте которой — философия, то есть отношение людей и народов к тому, что вообще есть бедность и каков смысл усилий одного человека и всего общества.

И тут очень уместной выглядит статья, которая вышла чуть ли не в тот же день, когда Пекин сообщил о своем достижении. Помещена она в индийской газете «Пионер», но ее автор — американская писательница Дженет Дейли, которая ни слова не говорит о Китае, она вообще-то пишет о том, почему трампизм теперь будет вечно живым. И — да, это о смысле усилий бедного человека. В США, хотя не только там.

Дженет начинает разговор со знаменитой цитаты Хиллари Клинтон насчет того, что немалая часть населения США — basket of deplorables, почти непереводимое оскорбление типа «куча грязи». Дальше была странная история — эти слова приняли на свой счет как избиратели Трампа, так и избиратели демократов, то есть получатели всякого рода помощи от государства; бедные, в общем. Тем более что были и другие выступления Хиллари, как бы слившиеся с этим воедино. И эти слова, все вместе, провалили выборы Хиллари и вынудили нынешнюю кампанию Байдена прибегнуть к крайней степени выборного жульничества.

Так вот, нельзя так относиться к бедным, говорит Дженет, они не должны ощущать себя забытыми и вдобавок презираемыми. Так же как нельзя было в Англии игнорировать судьбу жителей целых городов, строившихся на старых отраслях промышленности, — а британские демократы (то есть лейбористы) просто списали этих людей со счетов и вычеркнули из списков своих возможных избирателей.

Американская политическая культура — олицетворяемая в трампизме, говорит она, — предполагает, что почти все начинают карьеру бедными, а потом несут личную ответственность за свой успех или провал. Там никто не должен заботиться о бедных — зато там бедность и прочий неуспех не воспринимают с презрительным состраданием, сопровождающим подачки от государства. И поэтому американцы и дальше будут массово голосовать за трампизм, а не только за социализм Демпартии, при котором «низших» кормят подачками в обмен на их электоральную поддержку, скрывая к ним презрение.

Но это же гимн классической правой идеологии, а Китай — какое он к этому имеет отношение? Разве там борется с бедностью не левая политика — «социализм с китайскими особенностями»? Но в том-то и дело, что по американским меркам левого и правого настоящая левизна — это было при Мао, когда вся страна должна была сидеть на распределяемых поровну подачках от государства, с известным (нищета) результатом. Сегодня с бедностью в дальних уездах борются по-американски: открывают людям возможность зарабатывать самим, а вовсе не раздачей помощи, на которую первая-вторая экономика мира деньги как-то бы наскребла. Ну а если говорить о китайских особенностях, то там не презирают бедных, там считают их уважаемой частью общества, которой надо дать импульс стать еще более уважаемой — после того, как она своими руками свою бедность победит.