Если ты вышел не за Навального, а против произвола режима — | Новости на uzbfilm

Читая комментарии в социальных сетях России, то и дело сталкиваешься с типичным высказыванием, мол, человек вышел на акцию протеста отнюдь не потому, что поддерживает заключенного блогера Алексея Навального, а потому, что надоел Путин и всё, что с ним связано. А связано с Владимиром Владимировичем много: и запредельная коррупция и кумовство на всех уровнях власти, и едва ли самый высокий в мире уровень имущественного расслоения общества, и отсутствие социальных и политических лифтов, по сути, самовоспроизводство власти, диктаторские законы, правовая и социальная беззащитность граждан, высокий уровень нищеты, отсталость в экономическом развитии, общая безнравственность, серость и лживость средств массовой информации, систем образования и культуры.

И вполне можно понять тех людей, кто протестует против всего вышеперечисленного, в условиях отсутствия (читай — запрета) митингов и манифестаций. Где и как ещё показать Путину и его «эффективным менеджерам», что народ против проводимой им политики? Против разграбления страны, против никому не нужных олигархических войн внутри и за пределами России, против повышения налогов и сборов, против пенсионной реформы (мнения о которой, к слову, никто у народа даже не соизволил спросить) и т. д.

Протесты в социальных сетях, что неоднократно фиксировалось Центром Сулакшина, просто напросто купируются при помощи технических средств. Можно писать, снимать и публиковать сколько угодно расследований, репортажей, криков души, писем и пожеланий, диагностических материалов о реалиях путинизма, для власти всё это — божья роса. Такие материалы (точнее источники их производства и авторы)по умолчанию блокируются или «обнуляются» в поисковых системах, в результате чего миллионы россиян просто не знают об их существовании. Материалы не попадают в ленты и топы.

А помните, как было при большевиках на заре становления советской власти? Любой сигнал «снизу» должен был изучен, проанализирован, и в обязательном порядке прокомментирован ответственными лицами в средствах массовой информации. Безусловно, много замалчивалось, утаивалось или было табуировано. Но в целом СМИ ориентировались на максимальное сотрудничество с обществом, на выявление и искоренение недостатков, а не на получение прибылей за счёт рекламы и «джинсы» и промывку мозгов в интересах правящего класса. И это правильно. Чего совершенно невозможно сказать о путинской России. Поэтому вполне объяснимо желание среднестатистического человека выйти на улицу и присоединиться хотя бы к какой-то «тусовке», которая обнажает проблемы страны и общества, где можно выпустить пар — высказаться пусть не президенту и правительству, но хотя бы себе подобным. Знаю немало людей, поддерживающих акции в поддержку Навального, поясняющих свою позицию так: «Чтобы перед детьми не стыдно было».

Был такой период, когда нынешние пятидесяти-шестидесятилетние граждане бросали упрёки своим отцам и дедам, почему те молчали в период сталинизма. Почему не выходили на улицы и не протестовали против культа личности, ликвидации частной инициативы, стукачества, монополии на власть у одной партии. И ответа, как правило, на данный вопрос не было. По умолчанию. Время было такое, объясняли наши отцы и деды.

Сейчас время не менее тревожное и суровое. Может, оно, причёсывая общество, просто коснулось своими гребёнками не каждого. И акции протеста власть называет незаконными. С одной стороны каждый человек по Конституции имеет право на публичное выражение своих взглядов и убеждений, имеет право собираться больше трёх, проводить митинги и пикеты. Но на помощь правящему режиму, если можно так выразиться, пришёл ковид-19 и связанные с пандемией ограничения.

Поэтому протестовать против чего бы там ни было нельзя. Но не протестовать невозможно. И совершенно верно — дело тут не в Навальном. Людей охватывает страх за своё будущее и будущее своих детей. Тут нам и повышение цен на продукты и товары, и начало дефицитов, как в конце существования СССР. Американцы грозят нанести превентивный военный удар, и даже не скрывают этого. Украину накачивают оружием и русофобской истерией. Медведев допускает возможность отключения России от глобальной сети.

Всё это происходит на фоне усиления западных санкций и сворачивания углеводородных проектов Кремля. Становятся нежелательными для гастролей и показов российские артисты и киноленты. Против России раскручивается общественное мнение в международном учёном сообществе. Приближается угроза отключения страны от всемирных межбанковских финансовых каналов связи. В Госдуме прозвучало заявление, что незаконные акции сторонников Навального — это эпизод большой войны, которую Запад ведет против России. А тут ещё вишенка на торт — скорбящий Путин на могиле Ельцина…

Как тут не испугаться простому человеку? Особенно впечатлительному. Молодому или старому — не важно. Люди старшего поколения, пережившие Великую Отечественную войну, крушение СССР с рядом локальных конфликтов, потерявшие работу, сбережения, веру в справедливость государства, априори опасаются очередного распада. Который, как правило, приносит в жизнь ненависть, разруху и нищету. Лучше уж как-нибудь на правах добровольного капитулянта, но с наименьшими потерями. Может, даже пенсию оставят, и пиво баварское разрешать пить…

Молодому человеку, никогда не знавшему о том, что мы были ведущей страной мира и полюсом геополитического притяжения половины планеты, с самого рождения известно, что мировой лидер — это США. Они всеми правят, поощряют или наказывают. Поэтому чтобы не быть наказанным, нужно подчиниться сильному. А подчинение в данном случае состоит в том, чтобы помочь американцам установить свой контроль над российской государственностью. Он, этот контроль, и так латентно действует (через пятую колонну власти, через инструменты финансовой системы и т. д.), Но ведь куда проще — свергнуть нежелательный для американцев режим в Кремле, поддержать их «сукиных сынов», и потом безбедно жить как и весь цивилизованный мир.

К слову, именно так мыслили и многие майданщики в Киеве в 2013–2014 годах. Тоже ведь выходили не за турчиновых и не за тимошенок, не за бандеровцев и карателей запрещённой в РФ террористической организации «Правый сектор». Все эти негодяи появились после, когда мирный протест против «банды Януковича» и за европейские ценности набрал необходимый градус для воспламенения. Собственно говоря, нет никакого секрета в том, что за майданной толпой всегда торчат уши кукловодов и на всё готовых экстремистов. И новость от ФСБ, которая пресекла деятельность 28 подпольных оружейных мастерских в 19 российских регионах, только подтверждает это.

Так было везде, где прошли цветные революции (и Россия на примере соседей всё это хорошо знает). Впрочем, революции ли? Слишком легко наше общество приняло навязанную пропагандой парадигму, что революция — это исключительно горящие покрышки, американское печенье, «долой царя», красные и белые, расстрелы и репрессии. Даже главный коммунист Зюганов взволновался, мол, «Россия исчерпала лимит на революции».

А между тем ещё В. И. Ленин сформулировал признаки революционной ситуации. Помимо того, что «верхи не могут», а «низы не хотят», кроме «повышения активности масс, привлекаемых как всей обстановкой кризиса, так и самими „верхами“ к самостоятельному историческому выступлению», революция — это ведь и «способность революционных классов к массовым действиям», а также, что куда важней, наличие партии(политического объединения), вооружённой революционной теорией, которая возглавила бы массы и довела бы революцию до победного конца. А что есть это победный конец? Победный для кого? Или для чего?

Профессор Сулакшин и Партия нового типа с учётом мирового исторического опыта и современных реалий дополнили сформулированные Лениным признаки. Среди дополнений такие постулаты, как: неготовность власти давать адекватные ответы на вызовы современности, когда принимаемые решения оказываются худшими из возможных и параллельное выдвижение оппозицией воспринимаемой широкими народными слоями альтернативной идеологии, артикулированной системы ценностей, ради которых низвергается существующая модель жизнеустройства.

Также признаком революционной ситуации является создание в стране организационно сплоченного ядра — ударной силы революции. В противном случае будет иметь место не революция, как качественный рывок государства и общества в новое состояние, а бунт, приводящий только к разрушениям, но не идейно-властной инверсии. Чтобы низвергнуть власть первоначально необходимо лишить ее широкой социальной опоры. Мало делегитимизировать существующий режим, важно, чтобы оппозиция могла в случае победы восприниматься как легитимная власть. Революционные силы должны действовать синхронно по всей стране, для чего нужна отлаженная коммуникация, связь и инфраструктуры.

Наблюдаем ли мы всё это в акциях в поддержку Навального? Нет. Собственно, само протестное движение не имеет ничего общего с оппозицией. Значит, перед нами — банальное, но в то же время опасное развёртывание цветного сценария. На днях прочитал бравый опус блогера «Русский мальчик» — «Навальнята разгромлены, навальнизм пока нет». В чём ошибка автора, который передаёт настроение провластного сегмента общества? В том, что «разгром навальнят» — это вовсе не устранение всех тех причин, которые способствуют развитию цветной революции. Повторю — не идейно-властной трансформации, именуемой Центром Сулакшина как мирная законная революция, а того самого майдана. «Продемонстрирована сила российской государственности, суверенность в сфере безопасности», — радуется автор. Но если сила российской государственности в том, что она может разгонять вполне объективно возникшие мирные акции протеста, не разрешая сути государственных проблем и даже не обозначая сего процесса, то грош цена такой безопасности. Было уже такое во времена опричнины, с весьма печальными для России геополитическими последствиями.

«Навальнизм по-прежнему силён в соцсетях и на уровне идей продолжает распространяться в умах», — пишет «Русский мальчик». И это тоже ошибка автора. Нет никакой идеи «навальнизма», как не было её у старших собратьев Навального по украинскому госперевороту. Была цель определённого круга лиц совершить захват и узурпацию власти с передачей её ниточек иностранным «доброделам». Эта цель заворачивалась во всевозможные благовидные фантики «вхождения в Евросоюз», «возрождения достоинства», «жизни по-европейски», «освобождения от российского влияния», «ликвидации коррупции», «люстрации и честности власти», но общенациональной идеи майдана как не возникло тогда, так не найдено в результате исторических изысканий сегодня.

И эти легко усваиваемые фантики, что парадоксально, оказывались гораздо желаннее недоступных конфет Большой революционной идеи. Те же аналогии просматриваются и в лозунгах российских акций протеста. Да, теперь можно сколько угодно рассказывать обществу, что Навальный — иностранный агент, что его люди сотрудничают с британской разведкой, что источником финансирования фондов Навального является полукриминальный «чёрный нал», для толпы это не будет иметь ключевого значения. Ибо власть и её окружение — куда хуже.

Власть сама сделал все для того, чтобы люди были ей недовольны. Чем больше режим будет обличать и наказывать майданных крикунов, тем больше у них будет сторонников. Битых на Руси любят больше, чем бьющих. Тем более, что на стороне наказываемых — целое «мировое сообщество», которое имеет кнут для наказания всей российской казармы. Как в армии — виноват один, страдают за него все.

Принцип простой, но не за горами то время, когда организаторы акций протеста и их внутрироссийские и западные покровители начнут ассоциировать участников митингов со всем российским народом. Как недавно на Украине. Вышел на майдан, значит, молодец, патриот, образованный, умный, свободный человек, думающий об Украине. Не вышел — быдло, неуч, алкаш, наркоман, раб бандитской власти. Третьего не дано.

Так общество начнёт дробиться на будущие противоборствующие стороны. Минимум — две, но их, как показывает мать-история, гораздо больше. Разлом может проходить не только по линиям поддержки или неподдержки власти действующей и гипотетической, по векторам геополитических устремлений России, но и по региональному, религиозному, классовому, имущественному и прочим составляющим. И так начинается распад государства. Здесь, как правило, следуют возражения. Мол, на Украине — это одно, у нас совсем другое.

Всё верно, изначально на Украине не было никаких заявок на развал государственности. Всё начиналось с упрощенческого подхода быть против действующего режима. А Крым, Донбасс, Одесса, русские, венгры, русины, греки, православные, католики, коммунисты, националисты, олигархи, нищие — это второстепенное. Надо вспомнить, что и распад СССР вряд ли планировался теми, кто в конце восьмидесятых выступал против всевластия КПСС. И шахтёрские забастовки, акции тбилисских, киевских и сибирских студентов, протест «белорусских дедов» изначально не имели ничего общего с той окончательной повесткой, которая появилась в 1991 году.

Логика нынешних событий она ведь идентична тем событиям, которые уже имели место в нашей спиралеобразной истории. Если ты вышел не за Навального, а против произвола режима, всегда нужно иметь в виду, что тебя уже записали в сторонники Навального. Без твоей воли и твоего решения. Ты не союзник Навального, но ты на данный момент попутчик майдана. Ты не желаешь зла России, но зло само затягивает тебя в оборот.

Так что же делать? — последует вопрос. Как бороться против произвола? Ответ в общих чертах обозначен выше. Зрелым протест и мирная законная революция со сменой персоналий во власти и трансформацией государственной системы может быть лишь тогда, когда будет сформирована действительная, а не бутафорная оппозиция режиму. Когда оппозиция будет следовать не только по пути достижения кратковременных целей, но и ради общепринятой, общеприемлемой системы ценностей и будет восприниматься большинством общества как здоровая и действенная альтернатива Путину и путинизму.

Такая идея есть — это Большой проект России, именуемый Программой Сулакшина. Это профессиональный проект, в котором есть ответы на все вопросы общества и власти — и пролетариата, и собственников, и управляющих элит. Что ещё делать? Надо делать уроки. Школьникам — в прямом смысле — учиться. Взрослым эти уроки нужно извлекать из опыта старших поколений и тех трудов, которые уже представлены России в качестве альтернативного путинизму идеологического пути.

Автор Владимир Викторович Волк — публицист, Союз народной журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина.