Двойной ужас: хабаровский сценарий для иркутских выборов — uzbfilm.ru

Непрекращающиеся массовые протесты в Хабаровске так либо по другому воздействую на все региональные выборные кампании, но до этого всего — на выборы губернатора Иркутской области, где, как понятно, протестные настроения еще сильней, чем на Далеком Востоке.

Прямые аналогии меж Прибайкальем и Хабаровским краем навряд ли вероятны. Сергей Фургал одолел на протестных выборах 2018 года, а потом, спустя два года, не растерявшего поддержку избирателей главу зачистили в силовой манере по прямому приказу Москвы. В Иркутской области было по другому — «народный» губернатор Сергей Левченко покинул кресло добровольно, хоть и под твердым давлением все той же Москвы. Но против растерявшего значительную долю популярности Сергея Георгиевича к моменту отставки уже два года велась массированная кампания дискредитации во всех больших федеральных и местных СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы). Потому никаких протестов и митингов в защиту Левченко не наблюдалось. К тому же был декабрь — не самое митинговое время.

Тем не наименее общий тренд угадывается. В Иркутской области, как и в Хабаровске, очень сильны протестные настроения, «Единая Наша родина» и, обширнее, кандидаты от Кремля часто проигрывают тут выборы, при этом это касается не только лишь столицы региона, да и остальных территорий, в почти всех из которых и доныне работают мэры от оппозиционных партий. Тут же стоит упомянуть отсутствие традиции мухлевать с плодами выборов. Тут же — высочайшее штатское самосознание избирателей, которым даже президент Путин — так для себя авторитет.Все это делает предстоящие в сентябре выборы губернатора очень непредсказуемыми. Еще в весеннюю пору базисным числился сценарий полной «зачистки поляны» под единственного кандидата-фаворита с допуском 2-3 безликих спойлеров. Но к середине июля сложилась принципно другая конфигурация: к выборам могут быть допущены сходу восемь кандидатов, включая 2-ух ярчайших представителей оппозиции — Миши Щапова от КПРФ (Коммунистическая партия Российской Федерации — официально зарегистрированная левая политическая партия в Российской Федерации) и Евгения Юмашева (самовыдвиженец).

«Сносить» означенных кандидатов в силовой, административной манере — небезопасно, ведь это может спровоцировать суровую волну протестов. Навряд ли она будет сравнима с Хабаровском, но даже без митингов скрытое недовольство избирателей может вылиться в голосование по принципу «за хоть какого, не считая». В Прибайкалье такое уже бывало, довольно вспомянуть 2019 год, когда в 100-тысячном Усть-Илимске одолела 28-летняя домохозяйка Анна Щекина.

Если же допустить до выборов всех желающих, резко увеличивается возможность второго тура. По воззрению большинства профессионалов, на данный момент таковая возможность и без того составляет не наименее 70%. 2-ой же тур для провластного кандидата равняется к общественному расстрелу — почувствовав слабость кремлевского ставленника, элиты начнут массово саботировать процесс и, что именуется, побегут с тонущего корабля. Все это в Иркутской области тоже уже было — опыт 2015 года не забыт. Тогда, напомним, во 2-м туре Сергея Ерощенко «сдали» практически все мэры, при этом даже в тех районах, где ранее постоянно наблюдалась высочайшая поддержка власти.

Другими словами «сносить» оппозицию до выборов — жутко, а допускать к выборам — чревато вторым туром и победой той оппозиции. Куда ни кинь, везде клин. Томные деньки наступают в Управлении внутренней политики Администрации президента. Сочувствуем.

БАБР смотрит за развитием событий.

Антoн Херсонцев

© Babr24.com