«Цифровой концлагерь». Куда может привести развитие технологий

Эксперты согласны, что пандемия коронавируса не только стала стимулом для цифровизации, но и показала гражданам пилот так называемого «мира будущего».

Читайте также
Коронавирус как новая тема для фантастических сюжетов

ИГОРЬ БУХАРОВ: Надеюсь, посетители ресторанов теперь не будут обниматься и целоваться взасос

На прием к врачу, не выходя из дома

Слухи о чипировании граждан и введение электронных пропусков дали очередной повод обсудить приватность в Интернете и госконтроль за информацией. Эксперты сходятся во мнении, что коронавирус не только стимулировал цифровизацию, но и показал гражданам пилот так называемого «мира будущего».

Власть уже научилась отслеживать и контролировать граждан, — заявил в ходе пресс-конференции в ТАСС антрополог Кирилл Королев. Проблема в том, что получив дополнительные расширенные полномочия, чиновникам будет сложно отказаться от них полностью. Яркий тому пример — цифровая политика Китая. На днях в СМИ писали о мгновенной блокировке аккаунта журналистки, которая использовала оскорбительный с точки зрения компартии КНР пароль в соцсети WeChat. Впрочем, у России традиционно свой особый путь. Можно вспомнить протесты граждан против введения qr-кодов и «цифровых» пропусков.

Антрополог Кирилл Королев Это было воспринято именно как продолжение давних попыток власти закабалить свободу российского гражданина. Свободу, безусловно, фиктивную, потому что по большому счету любой, кто имеет отношение к цифровым технологиям, прекрасно знает, что стоит нажать любую клавишу на клавиатуре, любую кнопочку на телефоне, и ты уже оставил цифровой след, и ни о какой приватности речи не идет. Тем не менее, очень многим нравится по разным причинам тешить себя этой иллюзией свободы. Потому даже разумные инициативы наших властей во многих регионах были встречены, скажем так, не совсем адекватно: не так, как хотелось бы власти и не так, как можно было бы ожидать. Я, честно говоря, не уверен, что вот эту проблему доверия удастся в относительно ближайшем будущем как-то разрешить.

Парадокс еще и в том, что россияне, опасающиеся передавать свои персональные данные государству, добровольно «сливают» приватную информацию в иных местах. Например, оформляя бонусные карты в магазинах, соглашаясь на кредитные предложения и так далее.

Директор Научно-образовательного центра урбанистики и киберантропологии ЛГУ им. Пушкина Арсений Майоров В определенном смысле слова, прогресс, если мы на это смотрим общо, это же всегда сделка с самим собой. То есть ты чем-то жертвуешь в отношении комфорта, каких-то утилитарных вещей и так далее и тому подобное. С одной стороны, я возьму даже не вопрос пропусков, а, например, использование онлайн-банков. Я не могу себя представить без использования онлайн-приложения с точки зрения оплаты каких-то ординарных вещей: услуг ЖКХ, оплаты курьеров и так далее и тому подобное. С другой стороны, мы видим, что пока еще эта система несовершенна. Иду ли я на риск, пользуясь этим, зная, что через какой-то промежуток времени мои данные могут оказаться в даркнете или где-то с точки зрения утечки? Иду сознательно, но, мне кажется, что от этого не уйти. Это уже то веяние времени, в котором мы находимся.

Впрочем, по мнению специалистов, рассуждать о создании в России так называемых «цифровых концлагерей» пока рано. И причина не в морально-этических барьерах, а в банальной неготовности инфраструктуры. Да и законодательная база вряд ли может предложить что-то революционное в вопросах регулирования информации в широком смысле слова.

Писатель, футуролог Андрей Столяров Регулировать будущие цифры с помощью новых законов, договоров между бизнесом и властью, бизнесом и пользователями и так далее, это тупик. Это одна из самых тяжелых проблем, и это проблема того, что мир неисчислим, потому не возможен ни «цифровой плановый социализм», ни по-настоящему «цифровой концлагерь». Она упирается в другую проблему, гораздо более общую – проблему будущего. Мнение, которое я слышал, исходит из уже давно дискредитированной точки зрения о том, что будущее – это некое продолженное настоящее. Это много раз пытались делать, ничего не получается. Будущее — это принципиальная новизна, не столько продолжает настоящее, сколько уничтожает его, создавая абсолютно новую реальность. При любой промышленной революции, при любом переходе из одной исторической формации к другой, происходит распад реальности.

Отметим, что ранее некоторые специалисты, в частности со-основатель «Лаборатории Касперского» Наталья Касперская, выступили за создание в России «цифрового суверенитета». Предполагается, что все информационные технологии, обработки и защита персональных данных будут находиться в ведении федерального центра. Более того, цифровые права граждан предлагали закрепить в Конституции, но инициатива не нашла поддержки в правительстве.

Источник: businessfm.spb.ru