Святые источники богородицы в самарской области

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Сергиев.

Иоа́нн Кроншта́дтский (настоящее имя — Иоа́нн Ильи́ч Се́ргиев; 19 (31) октября 1829, село Сура, Пинежский уезд, Архангельская губерния — 20 декабря 1908 (2 января1909), Кронштадт, Санкт-Петербургская губерния) — священникРусской православной церкви, митрофорный святые источники богородицы в самарской области настоятель Андреевского собора в Кронштадте; член Святейшего правительствующего синода с 1906 года (от участия в заседаниях уклонился); «вдохновитель создания и почётный член» Союза русского народа[2].

Проповедник, духовный писатель, церковно-общественный деятель правоконсервативных и монархических взглядов. Почётный член Императорского православного палестинского общества.

Крайне негативно оценивался официальной пропагандой в СССР[3][4][прим. 1].

Тезоименитство — 19 октября (по юлианскому календарю) — перенесение мощей Иоанна Рыльского.

Погребён в основанном им Иоанновском монастыре на Карповке (Санкт-Петербург).

Канонизирован в лике праведныхРусской православной церковью заграницей 19 октября (1 ноября) 1964 года[1]; впоследствии, 8 июня1990 года[5], — Русской православной церковью (святой праведный Иоанн Кронштадтский).

Память совершается 20 декабря и 1 июня по юлианскому календарю святые источники богородицы в самарской области Русской православной церкви заграницей — также 19 октября[1]).

Биография[править | править код]

Происхождение и родные[править | править код]

Родился 19 октября 1829 года в селе СураПи́нежского уездаАрхангельской губернии, был первенцем в бедной семье.

«За слабостью здоровья»[6] святые источники богородицы в самарской области крещён в доме в день своего рождения и наречён в честь преподобного Иоанна Рыльского.

Дед по отцу — Михаил Никитич Сергиев, родился в 1779 году, священник Сурского прихода[7]. Другие предки в роду отца были священниками на протяжении по меньшей мере 350 лет[8]. В документах среди церковнослужителей Пинежского уезда упоминаются Яков Сергиев (1687) и Михаил Сергиев (1755—1756).

Отец — Илья Михайлович Сергиев, родился 13 июля 1808 года, окончил уездное духовное училище, после чего вернулся домой и всю жизнь служил дьячком Никольской церкви села Сура, около которой и был похоронен. По словам самого Иоанна, родитель его «умер рано, 48-и лет, в 1851 году».

Дед по матери — Власий Порохин, дьячок Сурской церкви[9].

Мать — Феодора Власьевна, урождённая Порохина. Родилась 8 февраля 1808 года. Венчалась 22 июля 1828 года. В браке имела шестерых детей, четырёх святые источники богородицы в самарской области и двух девочек, из которых выжили трое. Скончалась в Кронштадте от холеры, на 63-м году жизни[9][10][11].

Над её могилой в Кронштадте построена часовня-усыпальница, восстановленная в 2008 году[12].

Братья — Никита и Василий — умерли в младенчестве; Иван — умер от чахотки в 18 лет[7].

Сестра Анна вышла замуж за дьякона Сурского прихода Василия Фиделина. Их старший сын, Иван Васильевич Фиделин, переехал в Кронштадт и стал личным секретарем отца Иоанна Кронштадтского; в 1892 году издал его собрание сочинений[7]. Сестра Дарья вышла замуж за крестьянина деревни Горской Семёна Малкина. В Суре проживала её внучка, Любовь Алексеевна Малкина, 1920 года рождения, внучатая племянница Святые источники богородицы в самарской области Кронштадтского[13][14].

Учёба[править | править код]

В 1839 году поступил своекоштным воспитанником в Архангельское приходское училище, к окончанию которого был первым учеником. Перешёл в Архангельскую духовную семинарию, окончил её в 1851 году вторым учеником и за успехи был в том же году отправлен учиться на казенный счет в Санкт-Петербургскую духовную академию, которую окончил в 1855 году со степенью кандидата богословия, защитив работу «О Кресте Христовом в обличении мнимых старообрядцев»[10][15].

Семья[править | править код]

По словам отца Иоанна, учась в духовной академии, он увидел себя во сне в священнических одеждах, служащим в соборе города Кронштадта. Через несколько дней он получил предложение взять в жёны святые источники богородицы в самарской области настоятеля того самого собора и согласился.

Детей у отца Иоанна не было; согласно его «Краткому житию» в официальном издании Московского патриархата, супруги «приняли на себя подвиг девства»[16]. Его супруга — Елизавета (1829—1909) — дочь протоиерея кронштадтского Андреевского собора Константина Несвицкого. Первое официально составленное (по благословению священноначалия Русской зарубежной церкви) «Житие» (1964) говорило, что «брак.

Иоанна <…> был только фиктивный, нужный ему для прикрытия его самоотверженных пастырских подвигов»[17].

Супруги воспитывали как своих детей двух дочерей сестры Елизаветы Константиновны, Анны — Елизавету и Руфину. Последняя впоследствии вышла замуж за мичмана Николая Шемякина, получив от отца Иоанна в приданое 6000 рублей золотом[18]. Руфина Шемякина записала проповеди последних лет жизни отца Иоанна и в 1909 году издала две книги о своих дяде и тёте[19].

Судя по записям личного дневника отца Иоанна, его супруга с половины 1870-х годов стала проявлять ревность, подозрительность и даже враждебность по отношению к нему; запись в дневнике в 1883 году свидетельствует, что «домашние» отца Иоанна не говели (даже на первой неделе Великого поста) и выказывали «неуважение к постановлениям церковных»[20].

В конце жизни Елизавета Константиновна перенесла тяжёлую операцию, после которой лишилась ног[21]. Скончалась 22 мая 1909 года, отпевал её епископ Гдовский Кирилл (Смирнов), похоронена в ограде Андреевского собора[22].

Служение[править | править код]

Хотел принять монашество и поступить в миссионеры, чтобы проповедовать христианство народам Сибири и Америки. Но увидев, что жители столицы «знают Христа не больше, чем дикари какой-нибудь Патагонии»[23], он решил остаться.

После рукоположения был направлен в Кронштадт — место административной высылки асоциальных личностей и многочисленных нищих и чернорабочих[23].

В Кронштадте отец Иоанн «стал посещать лачуги, землянки и бедные квартиры. Он утешал брошенных матерей, нянчил их детей, пока мать стирала; помогал деньгами; вразумлял и увещевал пьяниц; раздавал всё своё жалованье бедным, а когда не оставалось денег, отдавал свою рясу, сапоги и сам босой возвращался домой в церковный дом»[24].

Это привело даже к тому, что одно время его жалование выдавали не ему, а его жене[24].

10 декабря 1855 года в кафедральном Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге епископом Ревельским Христофором (Эмаусским)[25], викарием Санкт-Петербургской митрополии, был посвящён во диакона, а через день, 12 декабря, 26-летний Святые источники богородицы в самарской области рукоположён в священники к Андреевскому собору Кронштадта, в котором и прослужил 53 года, до самой кончины[26].

С 1857 года — законоучитель Кронштадтского городского святые источники богородицы в самарской области с 1862 года преподавал Закон Божий в местной классической гимназии — в течение последующих 25 лет[27].

Его новаторское отношение к своим пастырским обязанностям, выражавшееся, в частности, в чрезвычайной эмоциональности его проповедей (как говорили очевидцы, он нередко на них обливался слезами), встречало в 1860-е годы непонимание и неодобрение у других клириков собора, в святые источники богородицы в самарской области он был тогда только третьим священником, а также школьного начальства[28].

Согласно его личному дневнику, первый случай того, что было воспринято им как исцеление больного по его молитве, произошёл 19 февраля 1867 года, когда он сделал святые источники богородицы в самарской области «Господи!

Благодарю Тебя, яко по молитве моей, чрез возложение рук моих священнических исцелил еси отрока (Костылева). 19 февр. 1867. <…>»[29][30].

С 1875 года — протоиерей; c 1894 года — настоятель Андреевского собора; c 1899 года — митрофорный протоиерей.

С самого начала своего служения занимался частной благотворительностью, с 1880-х годов расширил её: основал «Дом трудолюбия» (работный дом с мастерскими), школу для бедных, женскую богадельню, детский приют. Богослужения в приходах Петербурга, совершаемые им по приглашению купечества, временами вызывали трения с местным духовенством, а также недовольство петербургского митрополита Исидора.

Вопреки принятой тогда в Российской церкви практике, ввёл общую исповедь (в таинстве покаяния), призывал к частому приобщению Святых Таин (в России того времени распространено было обыкновение приобщаться дважды или даже единожды в год, Великим постом).

Состоял почётным членом в Свято-Князь-Владимирском братстве.

Всероссийская известность[править | править код]

В 1870-х годах распространением славы о духовных дарованиях протоиерея Сергиева в Кронштадте занималась Параскева Ковригина[31][32]; после цареубийства 1 марта 1881 года она перенесла свою деятельность в Санкт-Петербург.

20 декабря 1883 года в столичной газете «Новое время» Алексея Суворина было напечатано от имени ряда частных лиц «Благодарственное заявление»[33], которое, по мнению составителей «Жития» отца Иоанна [34], явилось «началом всероссийской известности кронштадтского священника»[35].

К началу 1890-х годов получил такое почитание в народе, что всюду в России, где только становилось известно о его приезде, заранее собиралось множество людей; вокруг него собирались толпы и буквально рвали его одежду (один раз жители Риги разорвали его рясу на куски, каждый желая иметь у себя кусочек[24]).

Ежегодно с 1891 года ездил к себе на родину в Суру; все поездки, как пишет игумен Иоанн (Самойлов)[36], описаны, спустя несколько дней в местных газетах появлялось подробное описание визита: его встречали многотысячные толпы народа, создавая трудности для обеспечения перемещения и безопасности[37].

Благотворительная деятельность[править | править код]

Рост известности и почитания Иоанна Кронштадтского привели к тому, что ему стали жертвовать большие денежные суммы — лично и почтовыми переводами. Крупные суммы (до 50 тыс. рублей)[23] жертвовал отец Иоанн на строительство и поддержание благотворительных учреждений, школ, больниц, монастырей и храмов, жертвовал в благотворительные общества в том числе других конфессий (татарам, евреям).

О своей благотворительности отец Иоанн говорил так: «У Бога нет ни эллинов, ни иудеев. У меня своих денег. Мне жертвуют и я жертвую. Я даже часто не знаю, кто и откуда прислал мне то или другое пожертвование.

Поэтому и я жертвую туда, где есть нужда и где эти деньги могут принести пользу»[38]. Секретарь отца Иоанна говорил, что за июнь 1895 г. им было послано по почте различным просителям 25 тысяч рублей, не считая личных жертв из рук в руки, сумму которых никто не знал, даже сам отец Иоанн[23].

С другой стороны, известность о щедрости Иоанна Кронштадтского привлекала к нему святые источники богородицы в самарской области число просителей — от простых нищих до богатых купцов, пришедших в отчаяние из-за критической ситуации (банкротство, проигрыш в карты и т. п.). Передвигался по Кронштадту отец Иоанн в сопровождении целой «армии» нищих, которым он раздавал милостыню дважды в день — утром и вечером.

Перед раздачей толпа нищих распределялась на десятки, каждому из которых давался рубль, который далее разделялся святые источники богородицы в самарской области 10 человек[39]. Этой суммы — 10 коп. утром и 10 коп. вечером — хватало, чтобы найти дневное пропитание и оплатить ночлег. Чем более он раздавал деньги, тем более ему жертвовали[24].

По разным источникам, через руки отца Иоанна проходило от 150 тысяч[24] до миллиона рублей в год[23][40].

В 1891 году построил в родной ему Суре, представлявшей группу из 16 деревень, расположенных как по реке Пинеге, так и её притоку Суре, каменную приходскую церковь; в другой части села основал женский монастырь (Иоанно-Богословскую женскую общину)[41].

К 1890-м годам в Кронштадте святые источники богородицы в самарской области местная индустрия по обслуживанию значительного потока паломников, святые источники богородицы в самарской области в надежде на встречу с Иоанном. Ввиду физической невозможности уделить внимание всем желающим, Иоанн был вынужден нанять штат сотрудников (женщин-секретарей), ведавших отбором посетителей; в итоге, неизбежно, вокруг него сложился своеобразный бизнес, причём некоторые его секретари, беря себе в карман мзду за возможность визита, «сколотили себе небольшой капитал и снискали гнев тех, кто обращался к ним за содействием»[42].

У одра умирающего Александра III[править | править код]

8 октября 1894 года прибыл одновременно с королевой Эллинов Ольгой и великой княгиней Александрой Иосифовной[43] (по инициативе последней[44][45]) в Ливадию к умирающему императору Александру III.

В годовщину спасения царской семьи в 1888 году, 17 октября, служил литургию в Ореанде, затем, прибыв во дворец, причастил императора Святых Таин; 20 октября, в последние часы жизни императора, помазал его тело елеем из лампады[46], после чего по просьбе умирающего возложил свои руки на его голову[47].

Пребывание у одра умирающего царя способствовало дальнейшему росту его популярности святые источники богородицы в самарской области обществе. В то же время после смерти Александра III отец Иоанн более не приглашался к императору императрице.

По мнению Надежды Киценко, основанному на записях в его личном дневнике[48], пребывание в Ливадии (а также публикация в печати состоявшегося, согласно изложению самого Иоанна, между ним и царём диалога[49]) сделало его неуязвимым для имевшей до того место критики со стороны священноначалия и попыток «усмирить».

Кроме того, оно окончательно сформировало политическое мировоззрение Иоанна, в котором самодержавие было абсолютным религиозно-политическим идеалом.

На коронации Николая II[править | править код]

14 мая 1896 года в Успенском собореМосковского Кремля, среди некоторых иных лиц белого духовенства, принимал участие в служении литургии, которая последовала сразу по совершении обряда священного коронования императора Николая II императрицы Александры Фёдоровны[50].

Образ жизни[править | править код]

Вставал около четырёх часов утра, после службы в кронштадтском соборе, оканчивавшейся около полудня, посещал приезжих и местных жителей Кронштадта, пригласивших его по той или иной нужде.

Обычно это были просьбы о молитве у постели больного. Затем отправлялся в Петербург. Летом на пароходе до Ораниенбаума, а зимой по льду на санях. В Петербурге также посещал людей, просивших его о посещении, а также общественные мероприятия и торжества, напр., открытие фабрик[23]. Поздним вечером, нередко после полуночи. Иоанн возвращался домой в Кронштадт. В период Великого Поста отменял ежедневные поездки в Петербург, но, после посещения квартир в Кронштадте, принимал исповедь в Андреевском соборе.

Поскольку было большое число желающих попасть к нему на исповедь, она была очень продолжительной и часто длилась с часу или двух дня до двух часов ночи, а иногда отец Иоанн исповедовал до самой утренней службы. Сильно утомившись к одиннадцати вечера, он прерывал исповедь на полчаса, чтобы проехаться в коляске по свежему воздуху и восстановить силы, после чего снова возвращался в собор и продолжал исповедь. Нередко в течение дня не имел возможности подкрепиться пищею надлежащим образом.

Не имел личного времени. Спал очень мало, не всегда даже 3-4 часа. В таком режиме он жил ежедневно в течение нескольких десятилетий[51][52].

Внешний облик[править | править код]

Отец Иоанн Кронштадтский был среднего роста, движения были порывистыми и резкими, был очень бодр для своего возраста и выглядел не по годам молодо, «на лице светилась обычная приветливая улыбка»[53].

По мнению его почитателей и агиографов, «самый внешний вид отца Иоанна был особенный, какой-то обаятельный, невольно располагавший к нему сердца всех: в глазах его отображалось небо, в лице — сострадание к людям, в обращении — желание помочь каждому»[54].

Многие «самовидцы» отмечали у. Иоанна его голубые «пронизывающие насквозь собеседника» глаза[55]: «Батюшка взглянул на меня каким-то особенным взглядом, который в редкие минуты мне удавалось наблюдать у святые источники богородицы в самарской области какой-то, если можно выразиться, потусторонний взгляд.

Зрачки исчезали, и точно голубое небо смотрело из глаз, казалось, что и Батюшка исчезал и только один этот взгляд оставался»[56].

Из рассказа одного бывшего пьяницы, святые источники богородицы в самарской области после взгляда. Иоанна перестал пить: «Я стал у кареты, отворил ему дверцы, сам стараюсь держаться попрямее… Потом взглянул ему в глаза, а глаза-то его смотрят на меня не то гневные, но глубокие без конца, чем дальше смотришь, тем глубже и горят таким огнём, что мне стало жутко.

Я за голову схватился, не в шапке мол я: так святые источники богородицы в самарской области. Разгневался батюшка. Потом видно смиловался. — „Зачем ты, голубчик, пьёшь?“. Вот с тех пор я не пью»[23].

Ряд авторов отмечали[57][58][59][60] дорогую одежду отца Иоанна[61]; а также то, что он передвигался по России (кроме Москвы) в министерском святые источники богородицы в самарской области, стоимость которого оплачивала принимающая сторона.

Дорогую одежду некоторые лица ставили в вину отцу Иоанну. Однако, по свидетельству очевидцев, он не заказывал её себе[58][62], и принимал лишь для того, чтобы не обидеть даривших лиц, искренно хотевших чем-либо отблагодарить его или услужить.

Личный дневник[править | править код]

С 14 декабря 1856 года вёл дневник[63], который хранится в Российском государственном историческом архиве[64] и который впервые был использован в исследовании (2000) профессора университета штата Нью-Йорк в ОлбаниНадежды Киценко (q.v.).

Содержание записей дневника, отражающего личные переживания и мысли Иоанна, отличают крайняя самокритичность и «даже откровенно негативный» к самому себе тон[64]. Подобное отношение к себе вполне характерно для православной аскетики[65].

По мнению Надежды Киценко, записи в дневнике отца Иоанна свидетельствуют, что в первые десятилетия своей пастырской деятельности святые источники богородицы в самарской области и болезненно переживал чувство сословной приниженности[66]; его психологическое неприятие среды бедняков и нищих обусловливалось его собственным социальным происхождением, которое тяготило его[67].

Дневники дают картину внутренней религиозной и повседневной бытовой жизни отца Иоанна, его отношению к политике, литературе, иноверию инославию. Нередки упоминания о болезни желудочно-кишечного тракта, которой страдал отец Иоанн многие годы и попытках преодолеть её диетой, употреблением простокваши, минеральной воды и проч. Дневники святого Иоанна свидетельствуют, что он уделял значительное внимание святые источники богородицы в самарской области (в том числе кошмарным), записывал их, воспринимал их как искушения, попущение за грехи, поучения, пророчества, обличения:

23 октября.

Видел во сне пред утром двух свиней живых, облепленных тестом, как делают пред Пасхой — в Великую Пятницу или Субботу.

Эти свиньи — святые источники богородицы в самарской области, чревоугодник

— Святой Праведный Иоанн Кронштадтский. Предсмертный дневник. 1908, май-ноябрь. Изд. "Отчий дом". М., СПб., Кронштадт 2006. С.80, 81.

Высказывания отца Иоанна в дневнике порой резкие и натуралистические.

Отдельные слова и записи в изданиях дневника святого Иоанна заменяются или опускаются издателями или церковной цензурой. Так, в изданном в 2006 году по благословению патриарха Алексия II дневнике святого Иоанна за май — ноябрь 1908 года (рецензент игумен Петр Пиголь) отсутствует запись за 9 октября с упоминанием физиологических подробностей болезни Иоанна, а в предыдущей записи слово святые источники богородицы в самарской области заменено на «мужчинами»[68].

Общественная деятельность[править | править код]

В 1903 году вместе с епископом Волынским Антонием (Храповицким) выступил с осуждением кишинёвского погрома (их совместно святые источники богородицы в самарской области «Слово о кишинёвских событиях» (Кишинёв, 1903, и Одесса, 1903) распространялось еврейскими обществами), чем навлёк на себя гнев и негодование со стороны крайне правых[69][70].

В то же время в письме «христианам г. Кишинёва» от 23 мая 1903 года он просил у них прощение за осуждение исключительно погромщиков и заявил, что «в погроме виноваты преимущественно сами евреи»[71].

В частном письме от 31 октября 1905 года так объяснял события революции 1905—1907 годов в России: «…по всему виновники — евреи, подкупившие наших хулиганов убивать, грабить, изводить пожарами русских людей»[72]. В своих посланиях, осуждая революцию, призывал: «Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант православной веры… Восстань святые источники богородицы в самарской области, русский человек!»

По данным исследователя ультраправых движений Вальтер Лакер в 1906 году в одной из проповедей Иоанн Кронштадтский оправдывал погромы объясняя их тем, святые источники богородицы в самарской области это наказание Бога, как пишет Лакер, «за тяжкие прегрешения против правительства»[73].

Иоанн Кронштадтский был известен как подвижник и популяризатор трезвеннического движения в Российской империи. Являлся, в частности, почётным членом и жертвователем Казанского общества трезвости, издававшего массовыми тиражами «Слова отца Иоанна Ильича Сергеева против пьянства» и другие его проповеди и обращения.

Большое значение имел открытый стараниями Иоанна Кронштадтского и барона Отто БуксгевденаДом трудолюбия при Андреевском попечительстве. В доме существовали различные мастерские, школы, ночлежный приют, народная столовая и амбулаторная лечебница. Успешная деятельность кронштадтского Дома трудолюбия получила широкую известность, что привело к появлению подобных учреждений по всей России — к концу XIX века их было уже около ста[74].

Иоанн Кронштадтский остро переживал политические и военные поражения России.

Считал причинами их — маловерие и недальновидность царя Николая II, его потворство неверию и богохульству, грехи народа:

Не скорби безутешно о злополучии отечества, о святые источники богородицы в самарской области войнах … о потере военных кораблей … о громадных потерях государства от поджогов… Скорби о том, что ты плохо подвигаешься к отечеству нетленному, вечному, на небесах уготованному, что сердце твое далеко от Бога.

Земное отечество страдает за грехи царя и народа, за маловерие и недальновидность царя, за его потворство неверию и богохульству Льва Толстого и всего так называемого образованного мира министров, чиновников, офицеров, учащегося юношества. Молись Богу с кровавыми слезами о общем безверии и развращении России[75].

Господи, да воспрянет спящий царь, переставший действовать властью своею; дай ему мужество, мудрость, дальновидность[76].

Участие в «Союзе русского народа»[править | править код]

Иоанн Кронштадтский стал вдохновителем и одним из учредителей Союза русского народа (СРН)[77] в 1905 году.

Он поддерживал Союз не только духовно, но и крупными денежными суммами. Приветствуя 3-й Всероссийский съезд русских людей, прошедший в октябре 1906 года, писал в телеграмме: «Восторженно слежу за речами и деяниями Съезда».

26 ноября (9 декабря), в день памяти Георгия Победоносца, в присутствии десятков тысяч членов СРН освятил хоругвь и знамя и вручил их коленопреклоненному председателю Союза Александру Дубровину.

В 1907 году Иоанн Кронштадтский вступил в Союз русского народа.

15 октября 1907 года был единогласно избран пожизненным почётным членом Союза: «Главный Совет Союза Русского Народа единодушно призывает Тебя, почитаемый пастырь, оказать делу служения его на благо святые источники богородицы в самарской области Русской Народности непрестанную молитвенную защиту». Был членом многих отделений СРН, участвовал в мероприятиях, организованных «союзниками», выступал святые источники богородицы в самарской области монархических собраниях и крестных ходах[78].

Помимо СРН, «под непосредственным покровительством» Иоанна Кронштадтского находилась и Русская монархическая партия[79].

Немецкий специалист по истории Русской церкви Герд Штрикер пишет об Иоанне Кронштадтском:

Он является типичным примером того, как человек здравых консервативных убеждений под влиянием быстро сменяющих друг друга событий, смысл которых он уже был не в состоянии понять, меняет святые источники богородицы в самарской области на более радикальные: он согласился с тем, чтобы его избрали почётным членом «Союза русского народа», известного своим участием в погромах и покушениях на либеральных политиков[80][неавторитетный источник?].

Критика Льва Толстого[править | править код]

С начала 1890-х годов всё резче критиковал популярного писателя и влиятельного общественного деятеля графа Льва Толстого[81].

Иоанн полагал, что Лев Толстой разработал религиозную систему пантеистического характера[82] («Бога Творца нет; я — часть Бога»)[83], имевшую, по словам протоиерея Иоанна Восторгова, ряд противоречий[84], изложил её в опубликованных им сочинениях[85].

20—22 февраля 1901 года определением Святейшего синода № 557 был признан отпавшим от церкви.

Церковь считает, что Толстой отвергал учение о божественности Христа, догматы о троичности Божества, об искуплении, о непорочном зачатии и воскресении из мёртвых.

В «Ответе Синоду» (1901) Толстой писал: «То, что я отрёкся от Церкви, называющей себя Православной, это совершенно справедливо». «Сказано также, что я отвергаю все таинства. Это совершенно справедливо. Все таинства я считаю грубым… колдовством». В «Обращении к духовенству» (1902) Толстой писал: «…есть ли в христианском мире книга, наделавшая больше вреда людям, чем эта ужасная книга, называемая „священной историей“ ветхого и нового завета?».

Отец Иоанн обличал Толстого в проповедях, он написал также более 20 статей в защиту православного вероучения, среди них «Ответ пастыря церкви Льву Толстому на его „Обращение к духовенству“»[86] (1903), «О душепагубном еретичестве графа Л. Н. Толстого» (1907, 4-е издание), «В обличение лжеучения графа Л.

Толстого. Из дневника» (1910).

Отец Иоанн ставил в вину Толстому, в частности, то, что последний «извратил весь смысл христианства»[87], «задался целью… всех отвести святые источники богородицы в самарской области веры в Святые источники богородицы в самарской области и от Церкви»[88], «глумится над Священным Писанием»[89], «хохотом сатанинским насмехается над Церковью»[90], «погибает вместе с последователями»[91].

Считал, что учение Толстого усилило «развращение нравов»[92] общества, что его писаниями «отравлено множество юношей и девиц»[93], что толстовцы «испровергают Россию и готовят ей политическую гибель»[94].

Предсказывал ему «лютую» смерть: «Смерть грешника люта. И смерть его — Толстого — будет страхом для всего мира.

(Конечно, это скроют родные.)» — писал Иоанн Кронштадтский в дневнике 1907—1908 года[95]. Составитель первого жития Иоанна Кронштадского Яков Илляшевич утверждал, что пророчество сбылось, ссылаясь на слова сестры графа, что в последние дни жизни Толстой будто бы страдал от видений ужасных чудовищ[96].

В святые источники богородицы в самарской области отец Иоанн неоднократно молился о смерти для Льва Толстого:

6 сентября святые источники богородицы в самарской области. Господи, не допусти Льву Толстому, еретику, превзошедшему всех еретиков, достигнуть до праздника Рождества Пресвятой Богородицы, Которую он похулил ужасно и хулит. Возьми его с земли — этот труп зловонный, гордостию своею посмрадивший всю землю.

Аминь»; «Господи, убери М.Антония, J.Janitcheva и прочих неверных людей! … Л.Tolst<ого> возьми[97].

Болезнь и кончина[править | править код]

Впервые серьёзно заболел в декабре 1904 года; 3 января 1905 года над ним, по его просьбе, причтом Андреевского собора было совершено таинство елеосвящения, которое проходило при большом стечении народа вокруг дома отца Иоанна[98].

Последние три года страдал «мучительной болезнью мочевого пузыря»[21]. Некоторые почитатели связывают последнее с преданием об увечьях, нанесённых отцу Иоанну в паховую область, в одном из домов, куда его пригласили якобы для молитвы над больным, о чём отец Иоанн попросил своих спутников никому не рассказывать, «чтобы не было погромов»[99]. Ежедневно приобщаясь Святых Таин; последнюю литургию совершил 9 декабря 1908 года[100]; в последние дни Святые Дары ему приносили ежедневно в дом.

Скончался в Кронштадте 20 декабря 1908 года в 7 часов 40 минут утра на 80-м году жизни; не оставил духовного завещания и каких-либо денежных сбережений[101].

Погребение[править | править код]

Заупокойные службы в Андреевском соборе возглавлял епископ Гдовский Кирилл (Смирнов); присутствовали местные военные чины, в частности, дальний родственник почившего — командир Кронштадтского порта контр-адмирал Иван Григорович.

святые источники богородицы в самарской области

22 декабря святые источники богородицы в самарской области было доставлено из Кронштадта на санях по льду в Ораниенбаум, далее в траурном салон-вагоне — на Балтийский вокзал. В Петербурге по пути следования процессии были расставлены усиленные наряды полиции; у вокзала, который был полностью оцеплен, «полиции масса»[102]. Через святые источники богородицы в самарской области Драчевского последовало повеление процессии идти мимо Зимнего дворца, по набережной[103].

В Иоанновский монастырь на Карповке тело было доставлено около 20 час. 30 мин., после чего начался парастас, совершённый епископом Архангельским и ХолмогорскимМихеем (Алексеевым), духовным чадом почившего.

23 декабря, в 5 часов утра, по распоряжению полицмейстера полковника Галле, доступ народа в храм был прекращён; корреспонденция газеты «

Автограф Иоанна Кронштадтского
Церковь, построенная в селе Сура.

Иоанном Кронштадтским. Фото 1986 г.

Источник: https://ru.wikipedia.org/wiki/Иоанн_Кронштадтский

Copyright © 2018